|
Такова легенда. Но поляки по были бы поляками, если бы просто сберегли ее как фольклорную ценность.
Вот уже в течение веков каждый день в один и тот же (тот самый!) час трубач появляется на башне Кракова. Он выходит па самое видное место, и зовущая медь льется, звенит по крышам, по площадям, по  улицам древнего города.
(той самой!) поте. Медный гори исчезает в амбразуре. До завтрашнего утра.
Я прожил в Кракове три дня. И каждый день, где бы ни был в тот утренний час, я выходил на улицу, чтобы вместе со всеми вслушиваться в этот клич трубача — тревожный, настойчивый, сильный.
Слушал, а сам повторял про себя стихи Алеши Недогонова, которые со времен военной юности помню, оказывается, наизусть. От первой до последней строки:
Роса еще дремала на лафете, когда под громом дрогнул Измаил: трубач полка у штаба на рассвете
и холодный горн тревогу затрубил. Набата звук, кинжальный, резкий, плотный,
летел к Одессе, за Троякой вал,
как будто он не гарнизон пехотный, а всю Россию к бою подымал!
5. сад фридерика шопена
Теперь в руках у меня только цветная фотография: из зеленых воли листвы взметнулась в небо крутая черепичная крыша. Дом, в котором родился Фридерик Шопен. Но всего несколько педель назад я был в этом доме, слушал музыку, шагал по тенистым аллеям знаменитого шопеновского сада.
Когда идешь по этим аллеям, сперва никак не можешь понять, откуда это буйное соцветие совершенно, казалось бы, разноплеменных деревьев? Чего тут только нет! И польские ивы, и арагонские лавры, и кедры Канады, и яворы Полесья... И все растут рядом, бок о бок, ни капельки не мешая друг другу, не боясь замерзнуть зимой или перегреться таким вот огнедышащим летом, как нынешнее. Как все это попало сюда, какими судьбами?
Оказывается, есть две традиции.
Первая говорит о том, что лучшие пианисты мира считают за честь приехать сюда и тут, под небом Желязовой Воли, исполнить произведение хозяина дома. Вторая прекрасна не менее первой. Со всех концов света привозят сюда люди саженцы и семена деревьев. Каждый из своей страны. И вам уже не надо спрашивать, бывали ли здесь музыканты России. Наши березы шумят листвою во всех уголках сада.
Берез па свете существует шестьдесят слишним пород и видов, но нашу, плакучую, я узнаю с первого взгляда. Вот она стоит рядом сивой, коренной полькой. Вместе опускают ветви до самой воды тихой речки, вместе смотрят в се зеленую, чуть вздрагивающую глубину.
Подхожу к самому берегу, любуюсь плывущими в воде облаками.
Бросаю злотый на счастье.
Хочу еще раз побывать на этой земле.
Новый текст
|
