|
— Будешь доволен,— сказал Азамат в первые же минуты нашего знакомства. — А главное — Казбек рядом!
— А где тут у тебя Казбек? — подошел я к широко распахнутому окну.
 — Сначала скажи, ты слыхал что-нибудь о Казбеке?
Я пробормотал какие-то еще в школе заученные слова, хотел стихи прочитать, но горец меня перебил с улыбкой:
— Это все верно, а знаешь ты, например, сколько в нем силы? Друзья к Казбеку идут со всех сторон, враги летят от него во все стороны. И это не предание, не легенда какая-нибудь. Я всю жизнь на Кавказе прожил. Был тут и во время войны — ополченцем. Окопы рыли мы день и ночь — до сих нор мозоли, потроган! Только не дошел до наших окопов немец. Издалека поглядел и — назад! Мы даже растерялись немного. Что, думаем, затевает такое? Но оглянулись и видим — за нами Казбек! Это все равно, что Волга за русским человеком. Понимаешь?
— Так тем более, показывай скорей свой Казбек!
— Казбек рано утром бывает. Да и то но каждый раз — только в хорошую погоду. Разбужу тебя как-нибудь, посмотришь.
Я думал, что хозяин тут же забыл о нашем разговоре, и сам скоро перестал вспоминать о Казбеке: дел было много, на романтику в командировочном удостоверении время не запланировано.
Все дни я бегал по городу, а вечерами у аппарата редакции местной газеты караулил Москву. Возвращался домой совсем поздно, когда у Агузаровых ужо все спали. Тихонько пробирался в отведенную мне комнатенку, всякий раз находил на одном и том же месте специально для меня приготовленный шашлык, но есть уже не мог — не раздеваясь, валился на низкую ковровую кушетку.
Однажды, когда, намаявшись за день, я спал особенно крепко, хозяин разбудил меня па рассвете:
— Вставай, дорогой. Казбек смотреть будешь!..
Спросонья мне показалось, что Азамат смеется, и я даже немного обиделся.
— Нашел время шутить.
| 
