|
Наступает день — мальчишке исполняется пятнадцать лет. Ни много ни мало — пятнадцать. Он встает рано утром, гораздо раньше обычного, но, оказывается, весь дом уже давно на ногах. На столике возле кровати «именинника» — подарки. Какие-то  смешные, трогательные сверточки и кулечки.
— Ну-ка, посмотрим, что здесь такое? Конфеты — мои любимые! Это, конечно, от сестренки. Рисовальный набор? Это от мамы или от деда.
А вот и телеграмма от отца — первая за целый меся Адресована она ему, Владику, лично...
Где сейчас танкер «Комсомолец», с борта которого пришло короткое отцовское поздравление? Сколько морей пересек он за этот месяц? Скоро ли бросит якорь в порту далекой страны?
Над кроватью Владика в самодельной фанерной рамке висит картина. Мальчишка нарисовал танкер таким, каким увидел его на одной маленькой мелькнувшей в газете фотографии. Корабль, сияющий всеми цветами радуги, круто взмыл на гребень литой штормовой волны — не какой-нибудь, девятой от кромки горизонта! Мачты «Комсомольца», чуть наклонившиеся под ветром, устремлены в низкое небо непогоды, которое сразу с нескольких сторон разрывает угластая молния...
Если бы мальчишка знал, что примерно так все оно и было!
...Мертвая зыбь и скалы чужой, неизвестной земли. Мачты, нацеленные в серое грозное небо,— больше, к сожалению, нечем было в пего целиться.
Черный самолет раскраивает тучи над танкером и уже со второго захода начинает обстреливать и бомбить мирный корабль с мирным грузом.
Голодные дети Барселоны напрасно встречают танкер «Комсомолец» у берегов Испании, дети России тщетно ждут его обратно...
В те дни пионерский отряд, в котором состоял Владик, вступил в переписку с испанским послом. Письмо написали на общем собрании отряда, а передать его поручили Владику — оп жил недалеко от посольства и рассказывал, что видел посла уже много раз:
— Он выходит прямо на улицу, разговаривает даже с незнакомыми людьми!
| 
