Я учился в пятом классе, когда однажды попал ^а Чепель. Вышел на берег рукава Дуная, возле которого было крохотное озерцо. Место было очень красивое, В озерцо
это впадал ручей, и был он таким мелким, что на дне можно было рассмотреть каждый камешек. По обоим берегам реки росли большие густые деревья. В последний раз я был на том хместе прошлой зимой. На белом снегу лежала убитая кем-то собака, и кровь ее растеклась по белому снегу... А вдали виднелись очертания большого города, который показался мне злым и бесчеловечным, способным только убивать. Он и сейчас убивает...
— Убивает не город, — тихо заметила Кати.
— Это верно, конечно, не город, а люди...
— И даже не люди, — снова перебила меня Кати, —-а лишь некоторые из них...
Я повернул Кати к себе лицом, взял ее лицо в ладони и заглянул в глаза.
— Я люблю тебя, — тихо произнес я.
— Знаю.
— Я буду любить тебя вечно.
— Люби, пока живешь... А у меня есть одно сокровенное желание...
— Скажи какое.
Сначала Кати поцеловала меня, а потом ответила:
— Хочу, чтобы у нас был настоящий дом.
— Настоящий? А это какой?
— Такой, что стоит только перешагнуть через его порог, как обо всем забываешь. Понял?
— Понял.
— Но такого дома и в сказках даже не бывает, — вздохнула теоретическая механика.
— Но может быть.
— Когда?
— В будущем.
— При нашей жизни?
Что я мог ответить ей на это? Я обнял Кати за талию, и мы стали подниматься в гору. Лес постепенно стал редеть. Скоро мы вышли на поляну, откуда было видно заходящее солнце, сели на ствол поваленного дерева и долго молча любовались пейзажем, залитым золотым светом.
— Скажи мне... — тихо проговорила Кати, — скажи, что ты подумал обо мне в ту ночь, когда я стала твоей? Отвечай, только откровенно.
^ Увидел, что ты красивая.
— Знаю, но что подумал?
— Ничего. Разве в такие минуты думают?
— Конечно.
_ А ты разве думала?
- Да-
— Ты сейчас такая странная, — засмеялся я. — оачем
тебе это?
