С Имре мы встречались два раза в неделю, с Ило-ной — один раз. У нее я всегда забирал листовки, в которых в те дни писали, что скоро обстановка изменится к лучшему, а пока нужно любыми средствами воспрепятствовать вывозу заводского оборудования за границу.

Должен сказать, что рабочие, приверженцы как старой партии, так и новой, постепенно сплачивались. Нам удалось завоевать их доверие.
Однако меня наши скромные успехи не удовлетворяли, и я как-то сказал Имре:
— Вот увидишь, рано или поздно мы еще пожалеем о том, что действуем, можно сказать, вслепую, что организационная работа у нас тоже слаба.
Имре не понравилось мое замечание, и он пустился в объяснения:
— Наша оргработа заключается в том, что каждый делает то, что ему сказано и, разумеется, что он в силах сделать. Мы именно этим и занимаемся. — Помолчав, он добавил: — В будущем, конечно, придется искать новые формы...
Каждое утро я шел на завод с желанием сделать что-то очень важное.
— Почва у нас под ногами очень скользкая, — сказал я однажды Анти, — а мы действуем и даже не боимся провала. Почему бы это, как ты думаешь?
— Бояться? — ответил он мне не задумываясь. — Да у нас на это не остается времени, дружище!..
Моего квартирного хозяина звали Вильмош Немеш. Когда-то он работал паровозным машинистом, а теперь находился на пенсии. На улице Ревицки у него был небольшой домик с крохотным участком земли, на котором старик проводил почти все свое время. Место это было низкое, болотистое. По вечерам здесь квакали лягушки и монотонно звенели комары. Хорошо хоть, что до завода было не особенно далеко.
Старый Немеш жил с супругой, которая разводила голубей и кроликов. Я снимал у них летнюю кухоньку. У хозяев я пользовался полным доверием, так как ничего не трогал без спроса и не прикасался к грушевым деревьям в саду, которые Немеш лелеял, словно малых детей. А когда груши поспевали, он гордился ими так, как пастух гордится тем, что ему удалось уберечь маленьких овечек от мора. Козу он не держал только из-за того, что теоретическая механика могла повредить его деревья.