— Прошу пересчитать содержимое чемодана. Марморштейн махнул рукой и написал требуемую расписку.
Сунув расписку в карман, Беличка сразу же потерял всякий интерес к старику, которому так ловко сбыл обесцененные деньги.
— Завтра ровно в полдень я буду у вас!.. — бросил Беличка и вышел из кабинета...
Закончив свой невеселый рассказ, Марморштейн задрожал как осиновый лист. Луиза подала ему стакан воды, Шпец предложил выпить успокоительных капель.
— Разорили меня, начисто разорили! — причитал старик. — За полмиллиона ничего не стоящих денег заплатить настоящими ценностями! — Вдруг злобная гримаса исказила его лицо. Заскрипев зубами, он прошипел: — Я донесу на негодяя!
— В полицию?
— Это сделает мой юрист!
— Влиятелен ли он?
— Разумеется. Уж у него-то этот тип попрыгает!
— У Белички сильная позиция, да и Анти находится У него в руках.
— Нет! — выкрикнул расходившийся старик. — Анти
ващищал родину, как и многие другие. Это им доказкв! мой адвокат. И если помилованы все другие, то почему, спрашивается, нельзя помиловать моего сына? Если нужно будет, я дам взятку коменданту города Мардареску, попрошу у герцога Боргезе или у генерала Гордона охранную грамоту. Деньги — это власть, можете мне поверить. Деньги откроют мне все двери! Я дойду до императора!..
— Все это так, но иногда господские слуги опаснее самих господ. Я вам вот что посоветую: немедленно известите сына об опасности, а сами выезжайте в Вену, хоти бы на время... — посоветовал Шпец, однако Мармор-штейн и слушать его не хотел.
Шпецу пришлось обрисовать старику политическое положение в стране, подчеркнув, что правительственной пропаганде удалось восстановить большую часть населения против тех, у кого нос с горбинкой. Под подозрением находятся вое, кто не принял христианства. Уже сейчас в стране творится черт знает что, а когда оккупанты уйдут отсюда, будет еще хуже. Здесь же, это нетрудно предсказать, будет установлена диктатура офицеров, прибывших из Задунайского края.
В конце концов Шпецу все-таки удалось уговорить Марморштейна. Старик засуетился с завидным для его возураста проворством. Открыв сейф, он доставал из него драгоценности и бросал в портфель. Деньги, предназначенные на взятку за сына, он рассовал по карманам. Затем распорядился, чтобы Луиза забрала портфель и ехала на Западный вокзал за билетами до Шопрона. Старик решил любым способом заманить сына в Вену. Луиза беспрекословно бросилась выполнять приказание хозяина.
Написав несколько писем, Марморпгтейн в сопровождении Шпеца вышел из конторы.
На углу улицы Надор детали машин сели в извозчичью пролетку и поехали к Анти на квартиру. Старик пообещал извозчику двойную плату, если тот будет гнать лошадей.
Доехали довольно быстро. Старик первым спрыгнул на землю. Шпец с прудом поспевал за ним, хотя и был на двадцать лет моложе.
Когда детали машин подошли к дому, у ворот словно из-под земли появился Беличка.
— Ах, какая приятная неожиданность! — с ехидной улыбкой проговорил он, приподнимая шляпу. — Я, собственно, рассчитывал на эту встречу. Хотели предупре-
дить сыночка? Это, так сказать, отцовский долг, но вышла промашка.
— Я должен увидеть Анти, — пробормотал Мармор-
штейн.
— Сожалею, но это невозможно. Сегодня утром мы
в его же интересах побеспокоились о его безопасности. Не волнуйтесь, в полицию мы его не забирали, там ему пришлось бы несладко. Ему приготовлено более приятное место.
— Какое место?
Беличка вместо ответа схватил Шпеца за руку и спросил:
— Кто вы такой? Где мы с вами встречались? Пойдемте со мной!
— Оставьте в покое моего бухгалтера! — воскликнул Марморштейн. — Без него я не могу работать. Он мое доверенное лицо.
