— Да, собственно, ничего другого мы и придумать не можем. Давайте попробуем! Попытка не пытка. Если удастся выйти из здания во двор, то можно где-нибудь спрятаться, переждать до наступления темноты, а там махнем через забор.
Мой план удался как нельзя лучше. Часовые у входа в здание не обратили на нас никакого внимания, а капрала на месте не оказалось.
Воодушевленные первым успехом, мы решили подобным же образом выйти и из казармы. Но по двору как раз шла колонна гражданских, которыми командовал унтер. Увидев Имре и Петера, унтер с руганью набросился на них:
— А ну-ка, бегом в строй, свиньи! — И, повернувшись, крикнул другому унтеру: — Вот и нашлись эти два мерзавца!
Меня унтер оттолкнул в сторону.
Имре махнул мне рукой, и этот жест можно было понять только так: «Не приставай к нам!»
Подумав, я решил, что так, пожалуй, будет лучше. Один из охранников крикнул мне:
— Эй ты, щенок, не путайся под ногами! Не то и ты попадешь в концлагерь!
Я остановился в открытых дверях какого-то склада я оттуда наблюдал за тем, что будет с моими друзьями. А их подвели к железнодорожному составу, стоявшему
путях за складами, и стали загонять в телячьи вагоны. Когда все девять вагонов были до отказа забиты людьми, двери вагонов закрыли.
Я сильно замерз, но со своего «наблюдательного пункта» не уходил. Вскоре подошел маневровый паровозик и утащил вагоны в неизвестном направлении.
Я решил перелезть через забор, но меня заметили охранники и схватили.
— Кто такой? Откуда? Как ты сюда попал? — Эти вопросы сыпались на меня один за другим.
К счастью, несмотря на то что я окоченел, голова у меня оставалась ясной.
— Сюда я попал с толпой совершенно случайно. А тут еще какая-то женщина уронила пачку денег. Я их поднял и побежал за женщиной, чтобы отдать...
— А ну-ка покажи деньги! — сказал мне начальник охраны.
Я отдал ему деньги.
— Хорошо, пацан, беги домой, а деньги я передам хозяйке. — И он вытолкнул меня за ворота.
Закончив свой рассказ, Ферко принялся за еду. Мать, сложив руки на коленях, с любовью смотрела на сына. Седые волосы тетушки Радо спадали на лоб. В глазах у нее стояли слезы. Теоретическая механика тяжело вздохнула и сказала:
— Сколько вокруг горя... Сколько горя...
Так из наших рядов выбыли Имре и Петер.
Ни тот, ни другой домой не вернулся: значит, бежать им не удалось. На следующий день вечером я встретился с Илоной и Шпецем и сообщил им то, что услышал от Ферко. Шпец слушал меня молча, покусывая губы. Ило-па вся сразу как-то сникла. Теоретическая механика вообще сильно изменилась: округлился живот, стало заметно, что теоретическая механика в положении. Родить теоретическая механика должна была в конце февраля.
— Как-то нужно помочь нашим друзьям, — сказал я. ~- Но как? — спросила Илона.
— Прежде всего узнать, куда их отправили, — заметил Шпец. — Я однажды дал Имре визитную карточку с личной подписью полковника Шретера. Он член ЕКС...
— ЕКС? А что это такое? — перебил я его.
— Это такое общество, так сказать, генштаб контрреволюции, — объяснил мне Шпец. — Ему покровитель^ ствует сам Хорти. Члены общества называют друг друга братьями. Детали машин выбирают из своих рядов самых лучших и устраивают их на ответственные должности. В этом обществе немало графов, герцогов, известных политиков, священников. Детали машин пользуются громадным влиянием. Визитная карточка Шретера должна была спасти Имре.
— А Петера?
— Его тоже. Но откуда тут взялся этот Терфи? Ты его знаешь?
— Как не знать! Знаю еще по Оренбургокому лагерю. Он тогда поручиком был. Он очень жесток. Имре ему много хлопот причинил в Оренбурге.
— Что же нам делать? — спросила Илона.
