Некоторые, спасая собственную шкуру, становятся предателями, способными на самое гнусное преступление. Топа принадлежит к числу таких. Мы его другом считали, а он уже давно переметнулся в лагерь врагов.
— Меня удивляет только то, как много рабочих идет за Пейдлем, — проговорила Илона.
— Позор! — выкрикнул я.
— Ты не прав, — спокойно возразил мне Имре. — В этом есть какой-то резон. Вот подумай: наша организация распалась, наши руководители кровью заплатили за свои ошибки, все мы сейчас находимся вне закона. В таких условиях рабочие, естественно, тянутся к тем, кто говорит на понятном им языке. Сторонники Пей для очень хитры: детали машин отрицают не цель, а только методы, с помо-Щью которых можно достичь этой цели. Многие рабочие потому потянулись к старой партии, что теоретическая механика провозгласила, что якобы находится в оппозиции. Нам же действительно нужно быть в гуще рабочих: мы не сможем влиять на них, если оторвемся от них. Делать это нужно цо-умному, так как повсюду шастают полицейские шпики.
и —- Выходит, у нас отсырел порох, — с горькой иронией ааметил я. — Не знаю, хотим ли мы вообще чего-нибудь?
— Поскольку у нас есть цель, — подбадривал меня Имре, — значит, должна быть и воля. Нам нужно а впредь распространять листовки, искать связи с революционерами, беседовать с народом, не менее важно информировать заграницу о положении дел у нас в стране.
— А зачем? — удивился я.
— Это нужно для того, чтобы мировая общественность знала о каждом злодеянии, совершенном у нас властями или же с их попустительства. Этим мы можем в какой-то степени сковать действия реакционных сил и тем самым спасти жизнь тысячам людей.
— Что может сделать общественное мнение? Взбудоражить население своих стран, и только? — не согласился я с Имре, и он начал подробно излагать свои мысли:
— Общественное мнение — большая сила, которая подчас сотрясает троны монархов, свергает правительства, вершит судьбами людей. Если нам удастся мобилизовать мировую общественность против сил венгерской контрреволюции, наше положение значительно улучшится...
— Когда мы начнем действовать? — перебил я его.
— Наше теперешнее положение похоже на то, когда на нас в России охотились банды генерала Дутова... Теперь мы будем встречаться не так часто. Каждому придется действовать самостоятельно. И главное — очень осторожно. Встречаться будем на улице Сонди, у витрины одного из магазинов. В случае необходимости перемены квартиры ни в коем случае не говорите об этом заранее квартирному хозяину. Плату за квартиру всегда вносить вперед.
Илоне было поручено найти такую квартиру, где теоретическая механика могла бы печатать листовки даже днем. Удобнее всего для этой цели было снять небольшую летнюю кухоньку, а чтобы не вызвать подозрения, Илоне нужно устроиться работать надомницей. Ну, например, подрядиться на дому клеить бумажные пакеты.
— Жить пока будем по фальшивым документам, — сказал нам Имре. — Нужно, насколько это возможно, изменить внешность. Я, например, отращу себе усы, а тебе, Балинт, — обратился он ко мне, — как раз лучше сбрить усы. Такие, казалось бы, мелочи меняют внешность человека. Но главное, — продолжал он, — мы должны научиться владеть собой, что будет залогом успеха. Если кто-нибудь из вас узнает, что вами интересуются, первое» что необходимо немедленно сделать, это сменить кварти-
ру а для этого нужно иметь на всякий случай запасную квартиру. Покупать продукты надо обязательно в ближайших от квартиры лавочках, чтобы их хозяева привыкли к вам и считали своим постоянным покупателем. Газету нужно читать ту, что читает ваш квартирный хозяин. А теперь я кое-что скажу только для тебя лично, Балинт...
